Александр Степанов (спасатель с 35-летним стажем): Можешь помочь - помоги. Если надо, поделись последним.

Александр Степанов (спасатель с 35-летним стажем): Можешь помочь - помоги. Если надо, поделись последним.

Александр Степанов, спасатель с 35-летним стажем, вывел для себя этот закон еще в детстве. Во времена хрущевской оттепели, вспоминает он, в Советском Союзе дружили дворами и не боялись отпускать детей гулять одних. Когда страна строила социализм и родители сутками пропадали на работе, замечание или даже подзатыльник от "чужого" дяди распоясавшемуся шалуну был нормальным явлением. И пусть "социалистическое" детство будущего заслуженного спасателя и не было раскрашено цветными красками ярких этикеток, советская закалка сделала свое дело - характер уральского мальчишки стал крепче кремня.

- Отец умер, когда мне было 11 лет. Мать поднимала нас, троих пацанов, одна. Я рано научился самостоятельности, мы с друзьями часто уходили в лес с ночевкой. Рыбачили, варили уху, делали луки и стрелы. У нас была сплоченная компания, пятеро мальчишек с одного двора, друг за друга стояли горой, - вспоминает Александр Степанов.

В те времена кумиром многих советских мальчишек был Владислав Третьяк - в семнадцать лет тот стал вратарем сборной Советского Союза по хоккею. Миллионы ребячьих глаз ловили каждое его движение и старались во всем ему подражать.

- Каждый смотрел на него и думал - он смог, и я смогу. Помню, на одной из игр он впервые появился в маске, которая была сделана из железных прутьев. Я решил, что мне тоже такая нужна. Когда показывали матч по телевизору, сфотографировал экран и потом по этой мутной картинке делал себе шлем. Спаял прутья паяльником, крепко получилось. Долго потом играл в этой маске. Как уехал из дома, оставил ее ребятне во дворе.

Так и рос простой советский мальчишка из простой шахтерской семьи. Таких по Союзу тогда было миллионы. Зимой - хоккей, летом - футбол, секция по плаванию - 9 месяцев в году. К окончанию школы Александр Степанов выполнил норму кандидата в мастера спорта. Понятно, что спорт занимал все свободное от школы время, поэтому отдых себе мальчишка организовывал вполне логичным способом.

- Мы с друзьями сбегали с уроков, ходили в кино. Помню, фильм тогда шел в кинотеатрах - "Хроника пикирующего бомбардировщика". Мы его несколько дней подряд смотрели. Нам родители давали по 15 копеек на обеды, так мы их на билеты тратили, хотя можно было плотно перекусить в школьной столовой на эти деньги. Классный руководитель, бывало, приходила к нам домой, спрашивала у матери, где ваш сын. Потом мне доставалось. Ремнем меня не били, мама действовала по-другому - убеждением. Понимала, что по-другому на меня никак не подействовать.

После школы пришла пора выбирать - куда пойти учиться. Выбор был - или отнести документы в художественный (плюс ко всем своим увлечениям выпускник еще и хорошо рисовал) или поступить на геологический (давала знать о себе тяга к природе). Однако вчерашний школьник выбрал третье - пошел работать на завод. В то время подобным выбором никого удивить или расстроить было нельзя, - объясняет Александр Степанов. - Тогда ценилось рабочее происхождение и практические навыки. Многие тогда после школы шли работать.

На рудоремонтном заводе 17 - летний парнишка трудился слесарем-сборщиком. Матерые мужики по-отечески приняли его в свою рабочую компанию. Объяснили, что к чему и отправили в самостоятельное плавание - на огромный особо точный сверлильный станок. Парнишка подошел к новой работе творчески и быстро освоился на новом месте. Виртуозно обрабатывал сложнейшие детали, мастерски выполняя все приемы работы слесаря-сборщика. Клепка, сварка, шлифовка - эти термины быстро стали для него просты и понятны.

- Год прошел незаметно. Мне так нравилось на заводе, что уходить оттуда совсем не хотелось. Однако жизнь только начиналась и учебу нужно было продолжать. Решил, что нужно посмотреть мир, и из шахтерского городка в Пермском крае уехал в Иркутскую область. Здесь у меня работал родной брат - в леспромхозе на Китое. Я подумал - родная кровь будет рядом - не пропаду. Честно говоря, отличником в школе я не был, средний балл у меня был около 4. Тем не менее, знаний хватило, чтобы без проблем поступить в геолого-разведочный техникум в Иркутске.

Здесь, в техникуме студент-первокурсник всерьез увлекся горным туризмом. При малейшей возможности, - вспоминает он, - наша команда выходила в горы - Саяны, Хамар-дабан, а по мере приобретения опыта стали выезжать и на более сложные маршруты. Это Алтай, Северный и Центральный Тянь-Шань, Памир. В один из таких походов произошел несчастный случай. Именно он заставил юного альпиниста изменить взгляды на свою будущую жизнь.

- Это был ноябрь 1973 года. Мы группой пошли на пик Черского. Было очень много снега, тропу приходилось пробивать. Мы чуть-чуть не дошли до метеостанции, решили остановиться на ночевку, стали разбивать лагерь. Парни начали пилить огромный кедр, он стоял в стороне от тропы. Однако траектория дерева при падении сбилась, и оно начало падать прямо на группу девушек. Все разбежались в разные стороны, а одна девушка не успела. Ее ударило стволом, черепно-мозговая травма, она сразу потеряла сознание, и нам пришлось ее в срочном порядке транспортировать на метеостанцию. Туда заранее ребята убежали, по телефону вызвали вертолет, он прилетел, забрал девушку. К несчастью, ее травмы оказались несовместимы с жизнью.

Гибель сокурсницы оставила глубокий след в душе молодого человека. - Я должен знать, как спасти жизнь человеку, - решил он и в 1974 году записался на курсы спасателей-общественников.

- Мы проходили элементы выживания, отработку первой медицинской помощи. В теории и на практике изучали транспортировку пострадавших по различным формам рельефа, организацию переправ на носилках. Каждое занятие я вспоминал тот несчастный случай и буквально намертво забивал новые знания в свою память, - признается Александр Степанов.

С тех пор прошло больше 36 лет. За это время закончен политехнический институт. 17 лет работы в геологоразведочных партиях. В 1994 году - переход на работу в систему МЧС России. Учеба в Москве в Академии гражданской защиты, и работа спасателя. Сколько спасательных операций провел и скольких людей выручил из беды, он никогда не считал. Главное, вовремя прийти на помощь человеку. И самое страшное, когда ничего уже сделать нельзя.

- После каждой ЧС в памяти остаются определенные зацепки. Эпизоды. Кажется, что во время работы лишь мельком взглянул, а оно запало в душу. Кажется, что не обратил особого внимания, но нет, потом - уже после всего, память выдает тебе свои фотографии. И от них уже никуда не денешься. Они с тобой на всю жизнь. Это, наверное, самый сложный момент в работе спасателя, такие воспоминания, - признается Александр Ильич.

Один из таких эпизодов остался в памяти Александра Степанова после крушения в Иркутске АН - 124 "Руслан" в 1997 году. Самолет рухнул на жилой дом и школу-интернат. Тогда погибло 72 человека.

- Там много всего было, а запомнилось тело девочки. Оно обгорело, но повреждено не было. Смотрю на нее, а она как куколка лежит, кожа как будто темно-темно шоколадным загаром покрыта. Обратил внимание и дальше работать, а потом это в голове всплыло и держится до сих пор. Или эпизод в Бурдаковке, после падения самолета проводим аварийно-спасательные работы, и я вижу женскую кисть. Аккуратный необычный зеленый маникюр, длинные ногти, а руки выше нее нет.

А еще есть сны, в которых воспоминания приходят уже не в виде отдельных картинок, а в виде одной сплошной хроники. И чем старше, тем таких снов все больше и больше. - Видимо психологическая усталость накапливается, - признается Александр Степанов. - После Саяно - Шушенской ГЭС жена мне сказала, что я все время по ночам командую. Своим спасателям задачам ставлю. Конечно, хочется освободиться от таких воспоминаний, но никак не получается. Подсознание здесь работает против.

Именно поэтому каждый спасатель должен проходить психологическую реабилитацию, убежден он. И именно поэтому в каждом спасательном формировании должен быть психолог. Недавно в аварийно-спасательной службе Иркутской области такой специалист появился. В обязанности недавней выпускницы психологического факультета входит наблюдение за спасателями и работа с ними.

- Я сознательно взял нового человека. У нее за плечами нет предыдущего опыта психологической работы. Будет заниматься этим направлением - психологической подготовкой и реабилитацией спасателей, а когда понадобится и оказанием психологической помощи пострадавшим Если нужно, начинающий специалист пройдет дополнительное обучение. Главное, чтобы были результаты. Один из них - избавить спасателей от таких вот ассоциаций, сидящих у них в головах.

Близки и понятны Александру Степанову не только вопросы психологической реабилитации спасателей. Переживает он и за материально-техническое обеспечение своих подчиненных.

- Спасатели должны иметь все необходимое оборудование: это новейшие инструменты, новейшие транспортные средства, средства связи, средства поиска пострадавших. А нам сейчас, к сожалению, приходится выживать. Я не думаю, что мы требуем значительных затрат. А заработная плата спасателя? Средняя - 18-19 тысяч рублей. Это при том, что приходится работать в особо опасных условиях. Рисковать и здоровьем, и жизнью.

Это только несколько болевых точек в буднях главного спасателя Иркутской области. Однако эти и множество других вопросов - лишь часть так называемых рабочих моментов, которые встречаются в жизни каждого из нас. Главное, чтобы никуда не уходило понимание того, что путь, по которому идешь - верный.

- Годы летят быстро, и с течением времени я понял, что моя работа это и есть мое призвание. Кстати, один из переводов имени Александр - спаситель людей. И кто знает, может мое имя и ведет меня по этому пути, - улыбается Александр Ильич.

Итоги подводить еще рано, продолжает он, - много еще предстоит сделать: и по работе и по жизни. Выросли дети, подрастают внуки. Нужно им дать еще очень многое. Одно я могу сказать точно, мне жизнь позволила заниматься любимым делом, и за это я ей благодарен.

Ирина ГОГОЛЕВА, пресс-служба ГУ МЧС России по Иркутской области

GazetaIrkutsk.ru


другие новости дня